Home » Статьи » Жизнь и смерть » Жизнь как продукт глубокой заморозки

Жизнь как продукт глубокой заморозки

Машины времени» существуют. В мире, а точнее – в США и России, — их уже сотни. В штате Аризона располагается база компании Alcor, в Мичигане действует Crionics Institute, в Подмосковье совершенствует свои возможности «КриоРус». Американцы уже приняли более трехсот «путешественников во времени», а в листе ожидания – еще полторы тысячи желающих. Россияне, позднее стартовавшие, быстро сокращают разрыв: сейчас в капсулах-дьюарах размещены 50 людей и 20 животных. Плюс в активе десятки живых контрактов. В полном смысле живых: для того, чтобы попасть в будущее, надо умереть.

Отложите dead line

Человеку не дано жить дольше 115 лет, предполагают ученые из Медицинского колледжа имени Альберта Эйнштейна, опубликовавшие статью в журнале Nature в октябре этого года.

Обобщив информацию о динамике человеческой смертности и максимальном возрасте долгожителей с начала XX века, исследователи обнаружили, что вплоть до 1980 года продолжительность жизни «аксакалов» понемногу росла. Это происходило благодаря применению вакцин, улучшению качества медицинской помощи и успешной борьбе с раком и сердечно-сосудистыми заболеваниями. Возраст старейших жителей планеты вплотную приблизился к столетнему рубежу, однако вот уже два десятилетия дальнейших подвижек нет. По мнению ученых, шанс встретить 125-летнего человека ничтожно мал.
А вот побудительных мотивов к тому, чтобы попытаться отодвинуть эту «линию смерти» — сколько угодно. Например, освоение просторов глубокого космоса.
© Фото: «КриоРус»

Работа российской крионической компании «КриоРус»

Стремление к бессмертию, вечной жизни вообще присуще человеку, подтверждение чему можно найти и в любой религии, и в мировой культуре. Сформировалась целая система взглядов – иммортализм, суть которой заключается в стремлении как можно дальше отодвинуть физическую смерть, опираясь на технические и научные достижения.

Естествоиспытателей вдохновляет пример голландца ван Левенгука, еще в XVIII веке открывшего явление анабиоза – обратимого прекращения жизнедеятельности путем высушивания или замораживания живых организмов.

Со временем гипотеза о достижимости замораживания как наиболее безопасного и перспективного метода продления жизни стала популярной и побудила к продолжению научного поиска.

Совершенствование технологий охлаждения газов до сверхнизких температур, открытия в области молекулярной биологии, достижения практической медицины стали предпосылками для формирования и развития крионики (от греческого cryos — холод) – метода замораживания человека или животного, позволяющего разморозить и оживить его в будущем.

«Нет, весь я не умру»

Отец крионики Роберт Эттингер, ученый и автор нашумевшей в 1960-х годах книги «Перспективы бессмертия», стал 106-м пациентом Института крионики, который сам же организовал. Здесь нет ошибки – формально Эттингер скончался в 2011 году в возрасте 92 лет, но для крионистов он, как и другие глубоко замороженные путешественники во времени, не «тело», не «останки», а именно пациент.

Крионика постулирует, что смерть – это не бесповоротное единовременное событие, а длительный процесс, состоящий из нескольких стадий. Если после констатации биологической смерти удается сохранить клетки мозга, есть возможность перенести личность пациента в будущее, когда уровень науки и техники будет настолько высоким, что позволит реанимировать размороженное тело или воссоздать его, заодно избавив от неизлечимых сегодня болезней.

Процедура криосохранения начинается с гипотермии — охлаждения тела до ноля градусов. Это способствует замедлению происходящих в организме биохимических процессов, в том числе приостанавливает некроз клеток. Через кровеносную систему постепенно и осторожно, чтобы не повредить сосуды излишним давлением, вводится криопротектор. Перфузия продолжается от четырех до шести часов. Затем пациента охлаждают сухим льдом и транспортируют в криохранилище, где для него подготовлен контейнер-дьюар с жидким азотом.

Крионика не получила однозначного одобрения в научной среде. Одной из проблем ученым видится, например, невозможность «перезапуска» мозга и возвращения к жизни сохранной личности. Кого-то смущает отсутствие гарантий. Криофирмы, действительно, их не дают – не обладая даром предвидения, невозможно предположить, как скоро удастся получить инструменты и знания, способные возвратить криопациентов к полноценной жизни. Это вопрос веры в сам метод и доверия к тем, кто является его проводниками.

Под открытым письмом в поддержку крионики поставили подписи 69 ученых мира. В письме перечислены доказанные в эксперименте аргументы за продолжение исследований – например, то, что мозг способен восстанавливать активность после длительного хранения, что большие органы могут быть крионированы без структурных повреждений и успешно пересажены после нагревания, что жизнедеятельность и структура сложных нейронных сетей может быть хорошо сохранена во время сверхбыстрого замораживания.
Завещание спящей красавицы

«Я не хочу быть зарытой в землю. Я хочу жить, и жить долго, и я надеюсь, что в будущем найдутся и лекарство от моей болезни, и способ разбудить меня. Мне нужен шанс. Таково мое желание».

Незадолго до своей кончины четырнадцатилетняя англичанка с онкологическим заболеванием в терминальной стадии просила подвергнуть ее тело криоконсервации, и судья одобрил это решение. Обойтись без вмешательства органов правосудия не удалось: разведенные родители девочки давно жили порознь и взгляды на «посмертную жизнь» дочери имели диаметрально противоположные. После вердикта суда, отец был вынужден смириться с тем, что умершая, вместо того, чтобы упокоиться с миром на местном кладбище, отправится ждать воскрешения в США.

Официально деятельность криофирм сегодня трактуется как оказание ритуальных услуг. Применить процедуру криоконсервации возможно лишь тогда, когда смерть мозга зафиксирована юридически. Законодатели не разделяют исследовательского интереса крионистов, и не принимают во внимание необходимость максимально быстрого реагирования на факт биологической смерти пациента. В Италии, например, действует принятый еще в 60-х годах XX века закон, согласно которому любые манипуляции с телом умершего запрещены в течение 24 часов после констатации смерти.

Оформление отношений между криофирмой и пациентом – процесс скрупулезный и заблаговременный. Контракт на криоконсервацию все чаще подписывают не отягощенные болезнями старики, а вполне здоровые молодые люди, романтически настроенные сторонники прогресса. Те же, кто озаботился возможностью воскрешения, уже находясь у последней черты, очень рискуют.

«Печальные истории были и в нашей практике, — рассказывает генеральный директор компании «КриоРус» Валерия Удалова. – Пациент из Йокогамы обратился к нам в конце прошлого года. У него был рак в последней стадии, и врачи давали ему не более полугода. Японское крионическое сообщество занималось только пиаром крионики, причем — довольно вяло, и в нашем общении почти не помогало, большее содействие оказывал клиент «Алькора», который жил в Токио. Переписка шла медленно. В феврале пациенту стало очень плохо – в связи с воспалением легких смерть оказалась намного ближе к нему, чем все ожидали. Понимая это, он, уже находясь в больнице, сообщил, что готов подписать контракт, и попросил срочно его прислать. Наш посредник опоздал на один час. За это время дядя умершего, категорический противник крионики, успел кремировать тело».
С холодной головой

Оплатить свою заморозку, трансфер до дьюара и последующее хранение можно не только единовременно, но и в рассрочку, посредством ежегодного перечисления членских взносов. Цена вопроса существенно разнится – многое зависит от перечня заказанных услуг и удаленности клиента от криохранилища. Семье уже упомянутой британской пациентки, создавшей законодательный прецедент, процедура обошлась в 37 тысяч фунтов стерлингов.

Максимально дорого – около 700 долларов США — стоит годовое членство в «Alcor». С учетом предстоящих процедур, включая обработку, хранение и реанимацию, сумма возрастает до $200 000. Расходы удастся сократить до $80 000, ограничившись нейроконсервацией, то есть сохранением не всего тела, а только головы или мозга. Крионисты полагают, что этого вполне достаточно. В самом деле, если рассчитывать, что возвращение к жизни состоится в технологически продвинутом будущем, реконструкция прежнего или создание нового тела не составит проблемы.

Российские цены существенно ниже: от $12 000 за нейроконсервацию до $36 000 за криосохранение «в полный рост». Оплачивать выполнение криопроцедур с домашними животными тоже придется «по-человечески». Любящих хозяев это не останавливает: например, в хранилищах «КриоРус» ждут своего часа 8 собак, 8 кошек, 3 птицы и шиншилла.

«Не за горами то время, — говорит председатель совета директоров «КриоРус» Данила Медведев, — когда крионика станет стандартной процедурой и стандартным выбором людей. Нужно будет иметь очень веские причины для того, чтобы вместо криопозитария отправиться на кладбище или в крематорий».

google.com bobrdobr.ru del.icio.us technorati.com linkstore.ru news2.ru rumarkz.ru memori.ru moemesto.ru


Posted in Жизнь и смерть and tagged as

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

This blog is kept spam free by WP-SpamFree.

Follow

Get every new post delivered to your Inbox

Join other followers

.